От Путина обязательно останется преемник.
От Путина останется партия Путина.
Но только как политическая машина.
И она после Путина может расколоться, разделиться на несколько частей, в зависимости от количества амбициозных лидеров.
Произойдет это потому, что основа любой партии – это идеология.
Серьезных безидеологических политических партий не бывает, они очень быстро прекращают свое существование.
В то же время идеология не возникает на пустом месте или на базе второстепенных социальных проблем.
Например, не может быть полноценной идеологии на основе идеи борьбы за традиционную семью и привычные брачные отношения, против геев, лесбиянок и прочих экзотических гендеров.
"Украшением" той или иной партии такое может быть, базой для социальной идеологии нет.
Не может быть основой идеологии и патриотизм.
Патриотизм – идея производная, он вырастает на почве благополучия или соседской агрессии.
Патриотом может быть тот, кому хорошо жить в этой, и именно этой стране.
Патриотом может быть тот, кто вынужден защищаться от агрессии извне и крайне нуждается в поддержке всех сограждан.
Причем именно защищаться от агрессии, а не организовывать агрессию или осуществлять ее.
На агрессии патриотическую идею не построишь.
Потому что агрессия идет не от правды, а от силы, и люди это понимают.
Значит, либо вы должны постоянно поддерживать ощущение внешней угрозы.
Либо сделать так, чтобы людям было очень хорошо.
Еще лучше, чтобы этому "очень хорошо" что-то угрожало извне.
Если людям плохо, если угрозы нет, патриотизм для них – пустой звук.
Многие помнят, как пытались заменить идею строительства коммунизма идеей советского патриотизма.
С поклонением Великой Победе, стелами ветеранам-героям, вечными огнями, почетными караулами из детей, торжественными линейками и всем прочим.
Ничего не вышло.
Коммунистическая идея провалилась, построить коммунизм к 1980 не удалось.
"Советский патриотизм" не прижился, потому что не было реальной угрозы извне.
А сам советский строй держался не на идеологии, а на:
- политических технологиях типа блока коммунистов и беспартийных,
- лжи,
- информационной закрытости,
- репрессиях против инакомыслящих.
Эпоха Брежнева после себя никакой идеологии не оставила.
И эпоха Путина не оставит.
Останется преемник – на какое-то время.
Останется партия "Единая Россия" как политическая машина – с вероятным расколом на конкурирующие политические машины…
Хорошо бы получилось две, это было бы хорошо для общества.
Останутся элиты, сложившиеся при Путине.
Путинская внешняя политика Путина.
И интересы крупных корпораций и собственников.
Не будет идеологии.
И не будет диктатуры.
Путинский властно-политический строй – это квазидиктатура, якобы диктатура.
В действительности Путин имеет уникальное положение верховного арбитра.
Он не покушается на элитные группы и политические группировки.
Поэтому правит и элиту в целом устраивает.
Но путинский режим квазидиктатуры не передается.
Поэтому преемник не получит не только диктаторских полномочий, но и роли верховного арбитра.
Преемник будет одним из, а не тем, кто надо всеми.
Возникновения нового Путина, нового верховного арбитра элиты постараются не допустить.
Очень постараются, изо всех сил.
Значит, неизбежна либерализация и демократизация.
Просто потому, что в политической борьбе разные группы элиты будут обращаться к народу, больше некуда.
Но происходить это будет в рамках эволюции, без революционных потрясений.
Однако чем сильнее лодку будет качать, тем слабее будет либерализация и демократизация.
И тут для нас важно, чтобы лодка вообще не перевернулась.
Потому что тогда встанет другой вопрос: "Что останется от России?"
Journal information